Руководитель АНО «Аутсайдервиль» Ольга Фоминых: «Художники-аутсайдеры создают художественное произведение, потому что не могут его не создать»
12 сентября Отдел социокультурных коммуникаций Русского музея представил выставку «Поймать большую рыбу», которая объединила работы самобытных* художников Санкт-Петербурга и Ленинградской области, представленные общественными организациями, центрами социального обслуживания, творческими мастерскими, психоневрологическими диспансерами. «Поймать большую рыбу» – это продолжение выставочного проекта «Ар брют. Сближения», осуществленного в 2019 году.
Мы встретились с Ольгой Фоминых, руководителем автономной некоммерческой организации «Аутсайдервиль», чтобы задать несколько вопросов о резидентах, обсудить подмены понятий и погрузиться в мир аутсайдер арт.
Текст: Ксения Квашнина
Ольга, прежде чем говорить о выставке, предлагаю разобраться с понятиями. Что для вас ар брют? Давайте попробуем обозначить его в контексте аутсайдер арт, наивного и примитивного искусства.
Я попробую обозначить некоторые нюансы, которые субъективно кажутся важными.
Мы знаем, что «ар брют» – название коллекции, созданной Жаном Дюбюффе. Если опираться на знатоков, которые ревностно соблюдают чистоту понятий, то «ар брютом» обозначается исключительно коллекция Жана. Однако, у любой дефиниции есть свой исторический путь. Язык – подвижное явление. То, что называется «ксероксом» изначально было определенной маркой.
Мы считаем ар брют синонимичным аутсайдер арт. Это обозначение одного и того же явления в разные исторические эпохи. Ар брют заявлен Жаном Дюбюффе в 1945 году, Роджером Кардиналом предложен термин «аутсайдер арт» уже в 1972 году. Между этими событиями прошло почти 30 лет, но с тех пор, как Кардинал выдвинул понятие аутсайдер арт прошло полвека. Складывается впечатление, что легкости терминологии нет, она исчезает... Или наоборот, продумываются какие-то популистские заявления, происходит некая эквилибристика другими терминами или вымучивание неологизмов, лишь бы продать прошлогодний снег…
Мне видится употребление понятия ар брют сегодня в двух вариантах. Первый, когда мы обозначаем классических, заявленных, уже ушедших художников-аутсайдеров, которые многократно изучены в искусствоведческом мире. Второй – спекулятивный способ привлечь внимание к аутсайдерскому искусству, чтобы придать вес и статусность какого-то явления или события: выставки, акции и т.д.
Елизавета Худякова, "Декаданс"
Среди коллег, теоретиков, исследователей аутсайдерского искусства есть негласная договоренность о том, что термин «ар брют» употребляется только в отношении к каноническим, художникам-аутсайдерам прошлого века, это легендарные авторы, не являющиеся нашими современниками, чьи работы находятся в коллекциях признанных галерей и музеев. Их работы — мировое наследие.
Я не берусь за категориальный аппарат, пусть этим занимаются искусствоведы. Лучше прочесть потрясающие работы К.Г. Богемской, например, что касается наивного искусства, или, к слову, недавно вышедшую книгу Анны Суворовой «Аутсайдерское искусство в России: тенденции, темы, образы»… Но по моему эмпирическому опыту, в наивном искусстве гораздо меньше аутсайдер арта, потому что это изначально детское восприятие бытия. «Художники, наивно увидевшие мир»… Наивное искусство ближе к детскому первородному взгляду на мироздание, не встретившему или отрицающему какие-то внутренние или внешние катаклизмы. Аутсайдер арт, наоборот, многоликое явление, здесь можно встретить и психопатологические состояния, социальную борьбу, исключенность. О примитивизме говорить сложно. Это глубокая, многочастная структура, ближе к мастерской имитации.
Сергей Федулов, "Товарищ Кащенко проводит лечение инопланетян"
Ар брют нередко называют «другое искусство». Согласны ли вы с такой характеристикой?
Что есть искусство? Это акт творчества, в рамках которого человек, раскрепощаясь, реализует собственный чувственно-выразительный потенциал. Может ли при этом искусство быть другим, когда этот способ выражения является общим для любого индивидуума? Мы можем смотреть на профессиональное художественное творчество с точки зрения патологии, мы можем смотреть на психопатологическую экспрессию взглядом профессионального художника, и мы везде найдем признаки того и другого.
Вспомним выставку 1990-го года в Третьяковской галерее. Является ли такое другое искусство чем-то близким ар брюту? Думаю, нет. Если говорить о конкретном историческом контексте, то в отношении нонконформистского, подпольного искусства, андеграундных группировок и творческих актов того времени, лучше использовать эту формулировку как часть неофициального искусства, в первую очередь, СССР.
Хочется упомянуть труд П.И. Карпова «Творчество душевнобольных и его влияние на развитие науки, искусства и техники№ (1926) или работу Романа Хайкина «Художественное творчество глазами врача» (1992). Если есть необходимость найти взаимосвязи между творчеством душевнобольных, детей, стариков, заключенных и творчеством профессиональных художников, то эти издания максимально интересно раскрывают подобные вопросы.
Повторюсь, что искусство как творческий акт, явление универсальное для человека с любой нозологией, любыми особенностями или их отсутствием. Подходить к искусству с точки зрения «инаковости» не стоит.
Elina Doll, "Человеческое"
В прошлой выставке «Ар брют. Сближения» принимало участие 5 организаций, в «Поймать большую рыбу» - 14. Несомненно, это положительная тенденция. Как считаете, с чем она связана?
Это вполне предсказуемая тенденция. Русский музей был одним из первых, кто заговорил о социальных функциях музея как институции. Первоначально упор был сделан на педагогическую деятельность. В 1989 году Русский музей открыл Центр педагогики с ориентацией на детскую аудиторию. Благодаря такому неординарному специалисту как Нана Жвитиашвили, были внедрены арт-терапевтические практики в музее и проекты по поддержке людей с особенностями. В 1991 году под ее кураторством прошла первая выставка «Другими глазами».
Затем на базе Центра начали развиваться арт-терапевтические студии для детей с особенностями развития, детей-сирот и тех, кто попал в сложную жизненную ситуацию. После - создана Школа волонтеров, просветительские программы, программы по обмену опытом. Появились инклюзивные практики и арт-медиация. Отдел музейной педагогики был преобразован в Отдел социокультурных коммуникаций, которым уже несколько лет руководит Ольга Гончарова. Это наши партнеры и друзья. Например, мы придумали проект «Мои диалоги с шедеврами Русского музея», в рамках которого группа наших художников-аутсайдеров проходит теоретическую и практическую часть через знакомство с экспозицией музея, создает свои интерпретации, реплики и отклики. Конечной задумкой было сформировать из наших ребят экскурсоводов с авторским маршрутом.
Этот эксперимент набрал богатейший художественный и теоретический материал, но в связи с пандемией временно приостановлен. Тем не менее, Отдел социокультурных коммуникаций всегда открыт для экспериментов. При нем работает «Открытая студия», где могут заниматься ребята из разных организаций, государственных и некоммерческих. Все больше организаций проявляют интерес к её посещению, потому что в музейной среде гораздо более глубок опыт арт-терапевтической работы, нежели, например, в специальном учреждении. Нахождение в музейной обстановке оказывает глубокое эстетическое влияние на студийцев, возможно, поэтому и растет количество желающих и участников.
У музея есть прекрасные и регулярные проекты, ориентированные на внешнюю аудиторию: например, «Лавка мира» или «Арт-превращения». Например, в прошлом году мы предложили реализовать благотворительный фестиваль «Дворцы Санкт-Петербурга - детям Ленинградской области» – это драматерапевтический проект с экскурсией и погружением в музейную среду через театральное искусство
Не удивительно, что с такой богатой историей Русский музей пришел к организации собственно художественных выставок. И все же важно разграничивать инклюзивные арт-терапевтические практики и жизнь независимых художественных произведений. Как результат, я надеюсь, с каждым годом наполнение экспозиции и ее содержание будут тяготеть к эстетической составляющей.
Сара Герцман, "Икар"
«Аутсайдервиль» представил 7 резидентов, каждый из которых по-своему уникален. Расскажите о своих авторах. Кто занимался отбором работ на выставку?
В активном арсенале у нас более 50 резидентов и есть большое количество формирующихся авторов, которых мы сопровождаем через студии или независимо от организаций. Можно себе представить масштаб…
«Аутсайдервиль» поддерживает авторов целенаправленно, программно, поэтому всегда возникает болезненный вопрос, кого предложить на очередную выставку кураторам. На отбор влияет ряд факторов, и это деликатная тема, в которой мы стараемся «не страдать» фаворитизмом.
В силу разных причин мы понимаем, как соотносятся определенные проекты и авторы. Конечно, всегда есть требования самих организаторов. Положительная тенденция с увеличением количества организаций-участников привела при этом к сокращению экспозиционных площадей. Кордегардия Михайловского замка не очень вместительна. Поскольку нам выслали форму заявки с ограничением количества работ до 20, возникла ситуация мучительного выбора и достойной презентации работ уже предложенных авторов внутри экспозиции.
Итого было отобрано 7 резидентов. Важно учитывать, заняты ли авторы в совместных проектах с Русским музеем. Заявить важно и тех, кто только набрал художественную «массу». Кто-то уже выставлялся на международном уровне, а у кого-то в портфолио не было ни одной музейной площадки. Есть авторы, которые выставлялись в галерейных пространствах, а некоторые только в музейных, так, например, мы реализуем совместные проекты с Музеем русского лубка и наивного искусства. Есть те, кто, без потери художественной продуктивности, оказались в этот период в сложнейшей жизненной ситуации, тогда подключается социальная функция, не будем этого скрывать…
Мы впервые представляем 19-ти летнюю художницу Елизавету Худякову. До этого у нас самым молодым автором была Сара Герцман. Елизавета проживает в Туле. За год нашего общения, c тех пор как нам были высланы интересные, глубокие по сюжетности и исполнению, но все-таки эскизы, то есть не целостные работы, она выросла так, что нам удалось подать ее работы на конкурс EUWARD, где ведущие эксперты в мире аутсайдерского искусства, выбрали Лизу в пул 16 авторов среди 330 заявок со всего мира.
Сара Герцман, "Our lady cocktail parties"
Сара Герцман – московская художница и частый участник наших выставочных проектов. Иногда нам важно показать уровень исполнительского мастерства, полезный, возможно, для других организаций, где работают начинающие арт-терапевты, которым важно понимать ценность раскрытия творческого потенциала каждого участника арт-студии. Ведь когда-то Сара тоже пробовала свои творческие возможности в арт-студии при больнице им. Н. А. Алексеева …
Сергей Федулов прошел достаточно короткий, но внушительный творческий путь – начал в студии «Альтернатива» при дневном диспансере больницы Кащенко на Канонерской улице. С нашей подачи Сергей перешел в прекрасную «Студию №6». За это время он успел пройти как автор несколько стадий - от человека, который только пробует, пытается осваивать академический рисунок до полноценного художника с серийной тематикой в духе футуристического коммунизма. Был представлен на Втором международном Триеннале искусства художников-самоучек (2nd Triennial of self-taught visionary art) в прошлом голу, а в 2020 стал номинантом международного конкурса Paralym Art в Японии.
Сергей Федулов, "Сталин на Луне"
Есть такие авторы, как Михаил Ардашников и Илья Царев, которые странным образом изначально были хорошо представлены за рубежом, но пока слабо заявлены в России.
Еще две наши художницы. Elina Doll – совершенно удивительная, яркая, неординарная девушка, которая создает талантливых «куклотварей» (как она их называет), а также графические и масляные серии работ в узнаваемом контрастно-графическом стиле с множественными отсылками к готике, скандинавской культуре, кибер- или дизель-панку. Надя Бокман - давний резидент «Аутсайдервиля» - создает широкими, размашистыми мазками работы, емко, четко и детально передающие суть человеческих отношений и внутренних переживаний.
О наших авторах можно говорить бесконечно... Для нас они все бесподобны в своей художественной экспрессии, исполнительском таланте и авторском стиле. Но важнее всего – давать слово им самим.
Надежда Бокман, "Воздух твой... где радость и покой"
Название выставки «Поймать большую рыбу» - отсылка к известной книге Дэвида Линча, который сравнивает творческий поиск с ловлей крупной рыбы на глубине. Ваши авторы тоже находятся в постоянном поиске?
Название выставок – дело сложное и порой неблагодарное. Всегда, помимо сторонников, найдутся скептики, интерпретаторы или просто недовольные…
В названии «Поймать большую рыбу» кроется огромное количество смыслов, начиная от христианской символики до образов самого Линча с отсылками к веку машин и автоматизации как угрозе цивилизации. Наши авторы не ищут Священный Грааль, а просто живут в постоянном поиске. Это неотъемлемая часть их бытия. Мы с коллегами сходимся на том, что художники-аутсайдеры создают художественное произведение просто потому, что не могут его не создать. Иногда это мучительный процесс, но пока конкретный арт-объект не будет создан, автор не испытает хоть и временное, но облегчение.
Границы аутсайдерского искусства все больше размываются. Сейчас сложно говорить о каноническом образе художника-аутсайдера, который находится где-то в изолированной от информации, культурного наследия, общечеловеческого опыта или художественного сообщества среде. Сейчас можно опираться только на идентичность самого автора. Мы начали замечать, что многие художники говорят о творческом процессе, как о труде. Наверное, если представить истинного рыбака, готового часами выискивать места, расставлять сети, закидывать удочки, менять наживки, искать приспособления, чтобы испытать то единственное удовольствие, название «Поймать большую рыбу» применимо к нашим авторам. Главное, помнить, что произведение не есть самоцель. Важен процесс, который обладает аналогичной по отношению к результату ценностью.
Елизавета Худякова, "Молоко Земли"
Как вы считаете, что важно в коммуникации современного зрителя и такого направления, как аутсайдер арт?
Важна беспристрастность, свежий, не замыленный культурологическими наслоениями взгляд, но при этом хотя бы минимальный уровень общеэстетического развития, воображение, склонность к внутренним интерпретациям, непредвзятость, не консервативность, открытость к незнакомому опыту…
На самом деле, это можно отнести и к восприятию любого произведения современного или классического искусства. Я не думаю, что для аутсайдер арта нужны специальные условия. Человек должен понимать, что знакомство с художественным произведением требует определенного усилия над собой. Но это совершенно не говорит о том, что здесь необходима какая-то сверхчувствительность или регулярные приступы синдрома Стендаля, достаточно отличать «развлекательный» контент от главной задачи искусства - «волновать сердца людей»…
Elina Doll, "Из последних сил"
Летом «Аутсайдервиль» стали единственными участниками от России в Art Brut Global. Ярмарка проходила в цифровом формате. Каким был опыт работы в новых условиях, вызванных пандемией?
Прежде всего, стоит отметить, что зарубежные проекты для нас очень важны, они решают сразу несколько программных задач: помогают продвигать авторов «Аутсайдервиля» и отечественный аутсайдер арт в целом.
Мы были приятно удивлены, когда на нас вновь вышли организаторы Outsider Art Fair после участия в парижской сессии 2019 года, где мы получили специальные условия как единственная некоммерческая организация и столкнулись с небывалым признанием публики. Это говорит о перспективах российского аутсайдерского искусства на зарубежной платформе. Для участия во второй фазе Art Brut Global. New discoveries были выбраны 4 автора: Сергей Федулов, Михаил Ардашников, Александр Савченко и Илья Царев. Все четверо также были заявлены на Outsider Art Fair, а в этот раз порядка 35 их творческих работ разместились во viewing room «Аутсайдервиля» среди других 46 авторов из 30 международных галерей. В третьей фазе Art Brut Global. Here and now принимали участие работы уже известного художника фотобрюта и петербургской городской легенды – Валентина Симанкова.
У нас появился дополнительный интерес галеристов, новые предложения от кураторов по выставочным проектам, хотя в текущих условиях что-то планировать крайне сложно. Например, мы получили приглашение принять участие с работами Александра Савченко в выставке канадской Galerie C.O.A, а также несколько других предложений из Германии, Франции, Штатов...
Несколько работ удалось реализовать и порадовать авторов гонорарами. В частности, работа Сергея Федулова «Расцветающая под музыку планета» отправилась в США, а «Возрождение Хаоса» Михаила Ардашникова приобрел знаменитый американский художник и дизайнер Brian Donnelly, известный под псевдонимом KAWS.
Прогнозировать в рамках подобных цифровых проектов реализацию работ сложно, однако мы однозначно уверены, что это один из лучших способов промоушена.
Нас также пригласили для участия в Outsider Art Fair-2020 в онлайн-формате, но, наверное, мы не сможем себе этого позволить. К сожалению, во время COVID-19 расходы у общественных организаций серьезно увеличились, как и финансовые потери, а перед нами стоит первостепенная задача – поддерживать самих авторов, а потом уже выходить на арт-истеблишмент с результатами их творчества. Сейчас мы сосредоточились на адресной помощи авторам и временно отошли от глобальных проектов, находясь в поиске инвестиций.
Мы всегда высоко оцениваем возможность участия в международных проектах. После Outsider Art Fair мы получили огромное количество откликов от заинтересованных партнеров, которые отметили, что наконец-то появилась устойчивая связь с Россией. Многие знают «Аутсайдервиль» в том числе, как организацию, которая всегда подскажет контакты коллекционеров, искусствоведов, партнеров, легко выступает посредником, устраивает коллаборации. Мы еще плотнее работаем с Финляндией, Эстонией, да и всей Скандинавией, Западной Европой, налаживаем связи с заокеанскими коллегами, или такие неожиданные контакты, как, например, с Ираном или Японией.
То, что делается сейчас – создает отложенный эффект для будущего. В этом году нам удалось отправить работы питерского художника Юрия Козлова в Финляндию для двух выставок: «Destined for Creativity» в Oulu Art Museum и Hämeenlinna Art Museum, которые продлятся до марта 2021 года. Нам написал увлеченный Валентином Симанковым Артур Борньи (Arthur Borgnis) с подтвержденными планами съемок полнометражного фильма о нем, а также предложением об организации персональной выставки в галерее Arthur Borgnis Art Brut в Париже - как только откроются границы.
Мы чувствуем это движение, поэтому смотрим вперед с оптимизмом.
Михаил Ардашников, "Лестница парадигм"
Как вы считаете, в чем сложность признания ар брют как художественного направления в России?
Сегодня музейные площадки, галереи, профессиональные сообщества более открыты к аутсайдерскому искусству, чем 10 и более лет назад. Могу сказать, что не вижу каких-то существенных препятствий, кроме необходимости налаженного продакшена в пространстве современного искусства, где зоны влияния жестко распределены и «тональность» задают несколько влиятельных людей, которые приобретают предметы искусства, дарят их музеям, коллекциям, обращают внимание на, возможно, уже неактуальные тенденции в современном искусстве, или сосредотачиваются на одних и тех же авторах или арт-группах. Соответственно, присутствуют закрытость и незаинтересованность к чему-то новому.
Проблемы в аутсайдер арт аналогичны проблемам совриска. Только если в случае профессиональных художников авторы могут объединяться в сообщества, коллаборации с целью создать востребованный инвесторами и культурными институциями продукт, то художники-аутсайдеры создают произведения самостоятельно и не склонны к манифестации, формированию объединений или арт-групп, т.е. им необходимо адресное, индивидуальное продюсирование, а это гораздо сложнее для арт-рынка.
В остальном все, как с обычным продуктом: нужны бизнес-подходы, лобби и пиар-инструменты, маркетинг, медийная поддержка, лидеры мнений, которые будут знакомить широкую аудиторию и профессиональную художественную среду с феноменом аутсайдерского искусства.
Сергей Федулов, "Товарищ Сталин делает доклад на межгалактическом конгрессе на станции Комсомольская"
Поделитесь ближайшими планами «Аутсайдервиль». Чего ожидать поклонникам ар брют и аутсайдер арт?
Конечно, это продолжение арт-экспедиций. На 2020-й год у нас была запланирована Карелия и часть Центрального Федерального округа, которые перенесены на ближайшие пару лет. Должна была быть выставка в Москве и Петербурге.
Нами запланированы кинопроекты, или, например, более плотное сотрудничество с издательством «Городец». В процессе - коллаборация с Брошечной им. Билла Трейлора и подключение различных магазинов к реализации художественных работ авторов, а также мерча в поддержку авторов с выплатой роялти.
Мы рассчитываем на дальнейшее участие в Outsider Art Fair, Art Brut Global, Голландской биеннале, финских выставках, с Kondas Centre (Вильянди, Эстония) мы запланировали представить наших художников-аутсайдеров в рамках официальной программы мероприятий «Tartu - европейская культурная столица 2024». Задуман выпуск серии альманахов, посвященных знаковым художникам-аутсайдерам России. Многие из проектов реализуются с нашим неизменным партнером и наставником, куратором коллекции ИНЫЕ - Владимиром Гавриловым, а также Союзом охраны психического здоровья.
Планируем участвовать в локальных и международных конкурсах, грантах и других проектах. Хотим сохранить членство и участие в Европейской ассоциации аутсайдер арт, конференция которой с мая этого года, к сожалению, перенеслась на 2020.
Главное сейчас – вернуться к «мирной» жизни с доступом в учреждения, возможностью полноценно реализовать оффлайн и онлайн проекты. Мы получили отличный «цифровой опыт», за время самоизоляции даже нашлись с несколькими новыми талантливыми авторами и партнерами,. Ожидаем нормализации обстановки и не следуем на поводу у сверхожиданий. Помним о главном – адресная помощь резидентам в любых, даже самых сложных ситуациях - превыше всего!
Ознакомиться с детальной информацией о выставке «Поймать большую рыбу» можно на официальном сайте.
АНО «Аутсайдервиль» помогает людям с ментальными особенностями в сложной жизненной ситуации и в социальной реабилитации c помощью арт-терапии и творческой самореализации. Взаимодействует с арт-студиями и арт-терапевтами учреждений психиатрического профиля, социального типа, НКО, независимыми художниками-аутсайдерами, социальными и культурными институциями в России и за рубежом, реализуя выставочные проекты и программы, нацеленные на просвещение в области психического здоровья, повышение психологической культуры, уровня толерантности общества и, самое главное, на социокультурную поддержку талантливых авторов и продвижение российского аутсайдерского искусства.
*ар брют, аутсайдер арт, наивное, самодеятельное искусство.
![](/sites/all/themes/art/images/arrow.png)