«Резкая оригинальность работ вызвала нарекания…»
Текст: Алексей Мокроусов
Уникальная выставка Надежды Лермонтовой (1885 - 1921) открыта в Москве в галерее "Наши художники". Это первая персональная выставка художницы, из наследия которой осталось немногое: большая часть погибла в годы блокады. Редкие мемуары всплывают до сих пор, уже в XXI веке канадский журнал Toronto Slavic Quarterly опубликовал доклад Юлии Оболенской, прочитанный еще в 1927 году и посвященный, в частности, годам учебы Лермонтовой у Льва Бакста в знаменитой школе Елизаветы Званцевой.
Н.Лермонтова. Язон, заклинающий дракона. Мотив балета Сергея Соловьева "Золотое руно". 1913–1914. Холст, масло. 81 х 72. Собрание Валентина Шустера, Санкт-Петербург
Лермонтова выделялась среди учеников:
«Уезжая на лето, мы получали задание писать ежедневно по этюду и действительно привозили иногда до 60 работ. Это были plein air'ы, nature morte, портреты и пейзажи (рисунки в этот счёт не входили, их привозили пачками). Бакст особенно настаивал на отдельных зарисовках рук. На второе лето он дал нам задание на¬ писать по картине. Ввиду того, что направляя учеников к общей цели, Бакст не накладывал руку на их природные склонности, сразу стало выясняться разнообразие этих склонностей. Одни оказывались сильнее в творческих работах, другие в работах с на¬ туры. В равновесии обе эти стороны находились у Н. В. Лермонтовой. Не знаю ничего равного по богатству её удивительной красо¬ты гамме. Она поражала неизменно каждый раз».
Зрелый период творчества был недолгим, болезнь и ранняя смерть оборвали многое обещавшую жизнь. Лермонтова участвовала в выставках «Мира искусства», входила в «Союз молодежи», на легендарной московской «Выставке живописи 1915 года» представляла вместе с Альтманом и Митуричем Петербург. Из сохранившегося понятно, что Лермонтова могла стать в один ряд с великими «амазонками авангарда», такими как Гончарова, Экстер и Попова, не хватило лишь времени, чтобы чётче сформулировать свой взгляд на искусство. Сегодня его принято описывать как сочетание эстетики модерна с элементами примитивизма и фовизма, в любом случае это очевидная самобытность и постоянный поиск. Если и правда, что «кто» в искусстве важнее, чем «как», то это случай Лермонтовой, человека сильного и необычного, эмансипированной женщины со своеобычным взглядом на мир. Даже по фотографиям видно, какой яркой личностью она была.
В "Наших художниках" показывают около 40 работ, прежде всего живопись, от интерпретаций античных мифов («Леда», «Сфинкс», «Язон, заклинающий дракона») и привезенных из Крыма и Самарканда пейзажей до многочисленных портретов. Среди них - созданный в 1913 году портрет виолончелиста Пабло Казальса (перед революцией тот регулярно выступал в Петербурга; это редкая работа, где Лермонтова следует эстетике Петрова-Водкина, сменившего Бакста в школе), а также портрет молодого композитора, ученика Александра Глазунова Сергея Соловьева - информации об этом человеке очень мало, известно лишь, что вместе с Лермонтовой он работал над либретто балета "Золотое руно". Лермонтова была музыкальна, оформляла афиши к концертам, любила балет и особенно Тамару Карсавину, спектакль с ее участием она смотрела как раз в вечер октябрьского переворота. После революции она работала для первого в России театра марионеток Любови Шапориной, в мемуарах последней есть посвященные художнице страницы.
Среди научных открытий, сопровождающих выставку, - атрибуция портрета из Русского музея. Он известен как «Автопортрет», но, благодаря разысканиям, теперь ясно, что это создававшийся зимой 1912-1913 года портрет сестры художницы Александры, та упоминает о позировании в своих мемуарах (во время первого сеанса она мучилась мигренью, характерный жест руки сохранен в финальной версии).
Н.Лермонтова. Матсура (Воспоминание Самарканда). 1916. Холст, масло. 98,3 х 65,3. Частное собрание, Москва
Также выставлены большеформатные фоторепродукции росписей, сделанных группой художников с участием Лермонтовой в храме Василия Златоверхого в Овруче на Волыни. В галерее им отвели целый зал - важно его не пропустить, от остальной экспозиции он отделен шторой; сьёмки на Украине куратор выставки Наталия Курникова организовала специально ради московской выставки. Работа в Овруче считается одной из вершин в творчестве художницы. Как утверждает Оболенская, «Лермонтова писала там «Страшный Суд» длиною 20 арш., «Рождество» 8×5, «Богоматерь» и др. Н. А. Тырса, работавший одновременно с нею, сообщал товарищам подробности её работы. И здесь её постигла неудача: резкая оригинальность работ вызвала нарекания, и она портила вершок за вершком, подчиняясь обезличивающим требованиям».
Особое место на выставке занимает графика Лермонтовой, ее сохранилось немного; в витринах выставили иллюстрации к "Метаморфозам" Овидия, к стихотворению Гавриила Романовича Державина "Сафе", а также заставки к четвертому номеру журнала "Богема" - в 1915 году в Петрограде вышло шесть номеров (последний был сдвоенным) издания, посвященного прозе, поэзии и критике, здесь печатались Алексей Лозина-Лозинский и Лариса Рейснер, публиковались иллюстрации П. Шиллинговского и Л. Евреинова. Кроме того, Лермонтова иллюстрировала тексты Эдгара По и Достоевского.
Материалы для выставки предоставили музеи и архивы обеих столиц, в том числе Русский музей и РГАЛИ, а также частные коллекционеры.
К выставке вышел каталог с фундаментальной, опирающейся на многочисленные архивные источники статьей Елены Теркель, здесь множество иллюстраций, в том числе тех, которые не помещены на самой выставке; «большинство произведений впервые вводятся в научный оборот», уточняет пресс-релиз. Публикуется и найденное в одном из писем стихотворение Лермонтовой; говорят, она довольно много занималась литературой, но сочинения до сих пор не разысканы, возможно, они погибли в блокаду со всем ее архивом.
Выставка открыта до 22 апреля в галерее "Наши художники".
![](/sites/all/themes/art/images/arrow.png)